Жена одного из активистов «Гринпис» рассказала об условиях в Мурманском СИЗО

Андрей Аллахвердов считает условия в Мурманском СИЗО в принципе приличными

Экологи, моряки, журналисты и другие члены экипажа ледокола «Арктик Санрайз», арестованные на два месяца по обвинению в пиратстве, сейчас находятся в двух следственных изоляторах – в Мурманске и Апатитах. Одним из сидельцев является москвич Андрей Аллахвердов, выполнявший на судне «Гринписа» обязанности пресс-секретаря.

Напомним, 18 сентября принадлежащий экологам ледокол «Арктик Санрайз» подошел к российской буровой платформе «Приразломная», работающей в Печорском море, и попытался высадить на нее «абордажную» команду. По заявлению «Гринписа», экологи хотели только повесить на буровой плакат с протестом против нефтедобычи в Арктике. Но этой попытки было достаточно для того, чтобы «зеленых» задержали российские пограничники и доставили в Мурманск, где суд влепил каждому из 30 гринписовцев по два месяца ареста. А Следственный комитет России предъявил им обвинения в пиратстве.

На днях из Мурманска в Москву вернулась Вероника Дмитриева, жена Андрея Аллахвердова, побывавшая в СИЗО №1 на свидании с мужем.

- Мне удалось добиться у следователя разрешения на свидание с Андреем, - рассказала Вероника в интервью сайту ovdinfo.org. - После этого я отправилась в СИЗО, чтобы мне назначили время. Там выяснилось, что вся очередь расписана вплоть до 10 октября и вряд ли я смогу увидеть своего мужа. А я прилетела на два дня, у меня нет возможности жить в Мурманске все это время. Поэтому я на следующий день опять рано утром поехала в СИЗО. Опытные люди посоветовали, ведь бывает так, что родственники, которые записались на свидание, вдруг не приходят по какой-то причине. Тогда можно на их место пройти. Я объяснила в СИЗО свою ситуацию и попопросила, чтобы если кто-то не придет, мне дали возможность увидеться. И меня действительно вызвали! Провели в кабинку и там за стеклом я увидела своего мужа, Андрея. Он был очень рад, улыбался, и мы с ним разговаривали через стекло полтора часа. По трубкам. Слышно было нормально.

По словам Дмитриевой, муж на условия не жалуется, они, в принципе, приличные, существовать можно. Часто приходят какие-то проверки и следят за соблюдением прав арестованных.

- С ним в одной камере находится два уголовника, про них он тоже сказал, что ребята нормальные, «у меня с ними вполне хороший контакт», - продолжает Вероника. - Они там все делят на всех, вот и мою передачу поделили. Я спросила, едят ли они вот эту тюремную еду - он сказал, что да, только очень сильно ее сдабривают майонезом, потому что это делает хотя бы как-то возможным для употребления.

Аллахведов еще не пользовался тюремной библиотекой. А в камере есть телевизор, по которому им показывают Первый канал, Второй канал и НТВ.

- Андрей сказал, что посмотрел всю ту грязь, которую на них выливают, впечатлился, но его это тоже особо не беспокоит сильно, потому что понимает, что это те каналы, от которых сложно ожидать объективной информации, - цитирует Дмитриева слова мужа. - Он сказал еще, что действительно тяжело переносить - так это полную изоляцию. Нет никакого контакта с внешним миром вообще, нет общения с другими членами команды. Изолятор свое название оправдывает, т.е. он себя чувствует в полной изоляции вообще от внешнего мира.

Как ранее сообщало УФСИН по Мурманской области, все арестованные «гринписовцы» рассажены по разным камерам, где содержатся от одного до четырех человек.

- Площадь помещений - от 12 до 23 кв. метров. Обвиняемые расположились в разных камерах, - рассказала «КП» пресс-секретарь УФСИН по Мурманской области Ольга Плешко. - В каждой камере - две двухъярусные койки и отгороженный санузел. У многих в камерах есть телевизоры.

Кстати, об уголовниках, с которыми якобы сидит Аллахвердов. По закону, людей, впервые попавших в поле зрения Фемиды, нельзя содержать в СИЗО вместе с рецидивистами, чтобы избежать передачи криминального опыта. Так что все соседи гринписовцев по камерам являются так называемыми первоходами.

Сейчас уже всем 30 арестованным экологам СК РФ предъявил обвинение. Во время этой процедуры одному из арестованных – подданному Великобритании – стало плохо и его госпитализировали. Но имя заболевшего не уточняется.