Мурманский календарь: 23 декабря. 152-я дивизия замерзла на марше

23 декабря.

В этот день 70 лет назад - 23 декабря 1941 года – в Красноуфимске началось формирование 430 стрелковой дивизии. В состав дивизии были призваны военнообязанные 17 национальностей, на 75 % совершенно не обученные. 7 января 1942 года дивизия была переименована в 152-ю стрелковую. 16 февраля 1942 года дивизия закончила формирование и была передислоцирована в район города Сокола Вологодской области, в апреле 1942 года направлена в распоряжение командующего Карельским фронтом, в Кемь, во второй эшелон войск фронта, затем 30 апреля 1942 переброшена в Мурманск. Насчитывала 11370 человек личного состава. В связи с потеплением в Кеми зимнее обмундирование было сдано на склады, но в Заполярье признаков весны не чувствовалось, наоборот начался дождь, затем мокрый снег. С 1 мая 1942 года дивизия, переправивившись через Кольский залив совершила 80-километровый марш на передовую, чтобы принять участие в оказавшейся безуспешной Мурманской наступательной операции войск 14-й армии с рубежа реки Западная Лица. Войска двигались колонной по дороге между Мишуково — Титовка. В связи с тяжелыми природными условиями, бойцы потеряли ориентировку. Вот как описывала те трагические события журналистка Юлия Лаврова в статье «Белое безумие»: «Буран был такой сильный, что крики о помощи тонули в свисте ветра. Колонна замерла. Пытаясь спастись, люди уходили в сторону, бежали в снежную пустынную даль поодиночке и умирали. Тот, кто еще мог передвигаться, шел, невзирая на упавших товарищей. Помощь означала смерть. Огонь развести было невозможно, полевые кухни затерялись в кромешной темноте, равно как и поклажа с одеждой… Одному из батальонов авангарда пришлось еще и принять бой. Пока остальные сражались со снежной бурей, передовые части погибали под огнем немецкой артиллерии».

Дивизия понесла большие потери. Находящаяся в это время в дивизии армейская комиссия установила истощение личного состава на 80%. Замерзли насмерть 484 человека, а 1683 обморозили ноги, руки, лицо, уши. Еще 196 бойцов погибли в боях, 28 пропали без вести и 527 получили ранения. В ставку верховного командования было сообщено, что в связи с таким положением наступление может не иметь успеха. И.В. Сталин по телеграфу передал приказ об отмене наступления, отводе дивизии на отдых и усилении питания. В своих мемуарах генерал-полковник А. С. Желтов писал: «...Анализируя причины неудач. Военный совет фронта выявил ряд недостатков в организации, в руководстве боевыми действиями со стороны отдельных командиров. И все же главной причиной была погода. Много бойцов обморозилось. Глубина сугробов местами достигала двух — трех метров. 6 мая мне с группой командиров довелось пешком возвращаться с переднего края. 25 километров мы одолели за восемь часов, окончательно выбившись из сил».

В течение двух недель дивизия приводила себя в порядок, а затем была отведена на мыс Мишуков и переправлена в Мурманск, оттуда 26 мая 1942 года переправилась на Кестеньгское направление, снова во второй эшелон, затем 4 июля1942-го вернулась в Мурманск, и вновь оказалась на рубеже реки Западная Лица, где дивизия до января 1943 года занимала оборонительные позиции, сначала во втором эшелоне, а с 24 ноября 1942 года — в первом. 21 января 1943 года 152-я дивизия сдала позиции частям 14-й стрелковой дивизии совершила марш, и эшелонами из Мурманска была переправлена в Москву. В дальнейшем дивизия успешно сражалась на других фронтах Великой Отечественной и закончила войну, имея почетное наименование 152-й стрелковой Днепропетровской ордена Ленина, Краснознаменной, ордена Суворова дивизии.

КСТАТИ.

О том, что чувствовали солдаты по окончании той злополучной пурги, участник событий Я.М. Черемсин вспоминал: «Когда вернулся к землянке, то увидел кухню: в котле кипела вода. Сколько было радости! Солдаты стояли вокруг нее со слезами на глазах. Оказывается, повар уже несколько дней кипятил воду в надежде получить команду начать варить обед, но никто ему ее не давал. Сначала было приняли решение дать каждому по кружке кипятку. Но вскоре решили иначе — лучше сварить жидкую кашу. Люди стояли вокруг кухни, ждали. Но мы не были уверены, что они смогут выдержать. Тогда комиссар взял черпак, сел на ящик передка кухни рядом с котлом, чтобы охранять его, и сидел до тех пор, пока не сварилась каша. И я, грешный, тоже стоял и смотрел, как идет пар из котла...»