1993 год. Борис Ельцин. Часть 2-я

Историю первого Президента России слушайте в программе "Исторические хроники".
Исторические хроники.

Исторические хроники.

1993 год.

Ельцин никогда не уходил от вопросов по поводу событий 1993 года. Никогда ни на кого не перекладывал ответственность за применение силы 3-4-го октября 93-го года. Все происходившее с Белым домом , все, и в России, и в мире, видели в прямом эфире. Трансляцию тогда вел американский канал CNN, и в России впрямую шла эта картинка, от начала до конца. Никто трансляции не прерывал.

Все то, что предшествовало громким событиям у Белого Дома в течение без малого двух лет, также шло в прямом эфире. Я имею в виду заседания Верховного Совета РФ во главе с Русланом Хасбулатовым. Их могла наблюдать вся страна, независимо от того – целесообразно это в разгар реформ или нет, выгодно это президенту Ельцину или дополнительно бьет по его рейтингу, заложенному в реформы.

В 1992 году многие эксперты рекомендовали реформаторам создать на телевидении специальную программу, которая занималась бы пропагандой реформ. Гайдар рассказал об этом Ельцину. Ельцин ответил: «Егор Тимурович, Вы хотите воссоздать отдел пропаганды ЦК КПСС? Пока я президент, этого не будет!»

Свобода слова для Ельцина – фундаментальная ценность. Невозможно отследить , когда он в это уверовал. Не затыкать рот журналистам – это его принцип, от которого он не отступал. Частные газеты и телевизионные каналы с конкретными владельцами Ельцина не щадили. Он был уверен, что различные позиции, различные источники информации – благо для страны. Даже заказная ложь, направленная против государственных интересов – это меньшее зло, чем цензура со стороны государства. Что касается нападок лично на него, Ельцина, он исключал властный ответ на них и из-за характера: не мог позволить себе показаться уязвимым.

Так было до конца его президентства. Все видели все. Когда из Германии пришла картинка, где на празднестве после вывода войск Ельцин дирижирует оркестром, мы на государственном российском телевидении монтировали материал. Никто сверху не звонил, не давал указаний. Да это было бы бесполезно. Уже существовал канал НТВ Владимира Гусинского, который на свое усмотрение распоряжался той же картинкой с президентом и использовал свои источники информации. НТВ – Независимое ТелеВидение - было запущено Указом Ельцина в ноябре 93-го года, несмотря на недавние тяжелые события у Белого Дома. В чеченскую войну российские журналисты работали с обеих сторон. И митинги против войны проходили в центре Москвы.

Очень разные средства массовой информации все вместе в президентство Ельцина имеют реальный статус четвертой власти. Без сомнения, они открыто вовлечены в политику, оказывают на нее и президента разностороннее воздействие. Но именно эти СМИ выносят политическую борьбу на поверхность, выдают стране обильную , недозированную информацию и разновекторные комментарии. Владельцы СМИ откровенно делают свой бизнес, не брезгуя политическим шантажом власти. При этом работа их газет, телеканалов, их журналистов, - всех вместе с разных позиций не позволяют первому лицу в стране превратиться в сакральную, непогрешимую, непрозрачную фигуру.

Без сомнения, эта ситуация опасная. Потому что СМИ вольно работают на фоне тяжелейших экономических реформ, инфляции, забастовок, в обстановке, когда в 93-м «ножки Буша» все еще главная еда в стране. К тому же, это время, когда вчерашние советские люди сколачивают свои первые крупные капиталы. Это бои без правил. Потому что в новом государстве Россия нет новых опорных государственных институтов.

До конца 93-го года новая Россия имеет старую советскую Конституцию РСФСР. В качестве парламента - сложная, тоже советская конструкция. Съезд народных депутатов России, который собирается периодически, но имеет право принимать важнейшие и окончательные решения. Из части депутатов Съезда создан Верховный Совет, профессионально разрабатывающий Законы, которые при прохождении через массовый Съезд ухудшаются, размываются.

Изменить данное построение парламента по Конституции нельзя. Провести прямые выборы в Верховный Совет нельзя. Распустить себя может только сам парламент.

Но даже если провести выборы, ситуация не упростится.

В сентябре 91-го специальная аналитическая группа провела исследование для администрации президента: если выборы провести в ноябре 91 года, то из 68 регионов России победа сторонников реформ вероятна в 12 регионах, но потребует исключительных усилий. В остальных 56 регионах, т.е. в основных промышленных и сельскохозяйственных районах с большинством населения, неизбежен проигрыш. Потому что региональные промышленные и сельскохозяйственные руководители, несмотря на полный экономический крах, настроены против реформ и они окажут воздействие на избирателей.

Осенью 91-го Ельцин – президент страны, которая выступила против КПСС, против однопартийности, против засилья номенклатуры. Но эта же самая страна не пойдет против местного руководства, которое против реформ, потому что боится потерять власть.

В 91-м году в прошлом осталось противостояние российской власти и старых структур КПСС. Теперь противоборство возникает внутри самой российской власти. Нет КПСС, нет СССР. Но суть старого противоборства воспроизводится на новом витке. У Президента и его курса сходу появляется непримиримая оппозиция.

Если в конце Советского Союза оппозиция ассоциировалась с демократическими силами, оппозиция Ельцину – активные консерваторы. Еще вчера они пользовались всенародной ненавистью. Теперь в условиях тяжелых реформ, объявленных Президентом, они рассчитывают на успех.

Они - это оттесненная коммунистическая бюрократия. Плюс советский директорский корпус, который еще не знает, что ему делать с реформами. Плюс ищущие себя региональные элиты. Лидером этих разнообразных сил становится председатель Верховного Совета Руслан Хасбулатов.

В дальнейшем начало реформ, юридическое оформление развала Союза будет представлено и вбито в массовое сознание, как личное самоуправство Ельцина и результат его неограниченной власти. В реальности президент Ельцин в 91-93 годах имел пространство для маневра, жестко ограниченное парламентом. Съезд депутатов мог в любой момент отправить правительство в отставку. Съезд депутатов мог достаточно просто отрешить президента от должности. И вообще, Съезд депутатов по действующей Конституции имел приоритет перед президентом, был выше, главнее его.

Эта правовая ситуация объясняет, почему к председателю Верховного Совета Хасбулатову очень быстро примыкает вице-президент Александр Руцкой, ранее избравшейся вместе с Ельциным на пике ельцинской популярности.

Реформы объявлены в ноябре 91-го, а в начале декабря во время поездки по оборонным заводам Сибири Руцкой называет только что сформированное правительство «учеными мальчиками в розовых штанишках». После Руцкого, 13 января 92-го года, на встрече с делегацией итальянского Сената делает заявление Хасбулатов: «Верховному Совету России необходимо или предложить президенту сменить недееспособное правительство, или, в соответствии с конституционным правом, самому сменить это правительство». Это заявление сделано Хасбулатовым через 13 дней после практического начала реформ.

В этот день Верховный Совет начинает работать в Белом Доме.

23 февраля 92-го года в Москве и других городах - первые антипрезидентские уличные действия с требованием остановить реформы и восстановить СССР.

В качестве ответа на активизацию оппозиции решено провести собрание граждан, поддерживающих президента и правительство. Мероприятие проходит в Концертном зале гостиницы «Россия». Собравшиеся не только активные демократы, но и люди центристских взглядов, фермеры, предприниматели. Выступает Ельцин: надо защитить правительство реформ и продолжать реформы. Надо принять новую Конституцию. Россия должна стать президентской республикой. Парламентской республикой при нынешнем соотношении сил и необходимости проводить реформы

Россия быть не может. Ельцин говорит, что сторонники и против