Премия Рунета-2020
Мурманск
+8°
Boom metrics
Карелия15 мая 2024 9:43

Тимофей Гольберг: «Впервые встретившись, хор и оркестр как бы гарцуют друг перед другом …»

19 мая на сцене Большого зала Карельской филармонии в рамках XII Международного фестиваля искусств «Онего – Классик» состоится концерт Московского государственного академического камерного хора
Московский государственный академический камерный хор. Фото: Лилия Ольховая

Московский государственный академический камерный хор. Фото: Лилия Ольховая

Об истории создания хора, любви к музыке и хоровому творчеству, о профессии дирижера и о секретах, которые помогают выстроить правильный диалог с артистами, рассказывает художественный руководитель коллектива, дирижер концерта Тимофей Гольберг.

– Как зарождался хор, с чего все начиналось?

– С любительского коллектива, который был создан ректором Государственного музыкально-педагогического института имени Гнесиных, выдающимся дирижером Владимиром Мининым. Костяк первого состава хора – студенты дирижерского-хорового, фортепианного, историко-теоретико-композиторского факультетов. Было немного и вокалистов.

Первый концерт состоялся 23 апреля 1972 года в Москве, в Доме ученых. Эта дата и стала днем рождения. Менее чем через два года коллектив получил профессиональный статус. А затем были десятилетия свершений, концерты на лучших сценах мира с выдающимися солистами и оркестрами. Хор Минина – легендарный бренд, известный и любимый во всем мире. В январе этого года мы отметили 95-летие народного артиста СССР Владимира Николаевича Минина, ныне президента нашего коллектива. Уверен, это имя – всегда будет в названии нашего коллектива.

«Не только командовать… »

– В 2019 году, когда Минин передал вам руководство хором, ему было 90, вам – 28 лет. С какими препятствиями в работе вы столкнулись в первую очередь?

– К счастью, это происходило постепенно, поскольку к тому моменту, когда Владимир Николаевич предложил мне стать художественным руководителем, я уже три года работал дирижером, и в коллективе меня знали. Когда же я остался один на один с хором, сработало правило: артисты должны не только внешне, но и внутренне одобрять творческие идеи, которые ты предлагаешь, иначе настоящего контакта и желаемого результата не будет.

Нужно понимать, что в моей жизни произошло резкое изменение. Для артистов я как был дирижером, таковым и оставался. Статус художественного руководителя и главного дирижера зарабатывался мной постепенно. По сути, это особый мандат: не только командовать, но и заботиться о коллективе.

– Каким образом вам удается сохранять благоприятные отношения и рабочую атмосферу?

– Когда артисты понимают, что идея дирижера приводит к желаемому результату, они готовы идти за тобой. Знают, что сложности, которые приходится претерпевать во время репетиций, оправданы высокой художественной целью. Если же коллектив работает в поте лица, не уяснив, для чего это нужно и куда мы идем, неизбежно возникнет недоверие. Ты должен составить психологический портрет каждого артиста, с которым работаешь. Кого-то нужно подбодрить, кого-то похвалить. На сто процентов знать индивидуальные особенности коллег не может ни один руководитель. Но важно понимать: каждый артист – личность. У талантливых людей достаточно много слабых мест. Тебе нужно разгадать их, учитывать эти особенности, чтобы, не дай Бог, не уколоть человека. Главное – не только идея, понятная артистам, но и знание каждого человека, с которым работаешь, бережное отношение к каждому и понимание, какие точки роста есть у каждого.

– На сцене Карельской филармонии вы исполните фрагменты Концерта для хора «Пушкинский венок» Георгия Свиридова. На ваш взгляд, в чем особенность содержания этого сочинения и в чем сложность исполнения?

– «Пушкинский венок» Свиридова – хоровой цикл. Это и цикл природы, –сочинение начинается номером «Зимнее утро» и заканчивается яркой, снежной, вихревой «Стрекотуньей, белобокой». Также это и цикл жизни, рассказывающий, как в человеке происходит перерождение. Предпоследний номер («Восстань, боязливый») можно назвать финалом. Пушкин писал это стихотворение в ссылке. Читая строки, видишь, как человек из крупиц, из осколков собирает себя в единое целое. В конце номера наступает исцеление. Это слышно в бесконечном аккорде, который очень долго развивается и потом долго затухает. Заключительный, десятый номер («Стекотунья, белобока») – как бы бис, это уже новая ступень, другой виток развития.

Что касается музыкальных средств, это очень сложное сочинение, требующее кропотливой работы. Много солистов, есть ансамбли солистов. В частности, в номере «Эхо» секстет солистов удаляется за сцену и, уже невидимый, исполняет свою партию.

Особенность произведения – смена характеров и колоритов. Мелос первого и второго номеров, восторженное стихотворение «Мэри», философское «Эхо», а затем два колоритных номера с участием ансамбля инструментов – «Камфара и мускус» и «Греческий пир», после чего опять начинается философия («Зорю бьют»), потом осенняя зарисовка «Наташа» и, как я говорил, финал, переходящий, можно сказать, в коду. Сложное для понимания сочинение, я это почувствовал на себе, в моих руках оно вызрело, наверное, только к третьему исполнению.

«Стараюсь не мешать, а наблюдать…»

– Хор Минина работает с выдающимися оркестрами на лучших концертных площадках России. Как происходит процесс притирки хора с новым партнером по сцене – оркестром?

– Когда два коллектива, хор и оркестр, впервые встречаются на репетиции, каждый из них хочет показать себя с лучшей стороны. Лично я, когда впервые соединяю коллективы, которые никогда не были вместе на сцене, первое время стараюсь не мешать, а наблюдать. Это невероятно интересный процесс: гарцевание друг перед другом, которое ты как дирижер, используешь в благих целях. Музыканты – профессионалы, они слышат и дополняют друг друга. Партия первых скрипок часто дублирует партию сопрано в хоре. Таких пар возникает много. Дирижер обязан учитывать особенности взаимодействия и собирать все частности в целое. Нюансов множество. Например, такой: как исполнение сочетается по времени. Есть такое понятие, как задержка звука. Хор находится дальше от слушателей, чем оркестр, он слышит звук с запозданием. Услышав оркестр, хор поет. Пока звук долетит до зала, кажется, будто хор чуть-чуть запаздывает. Это слышит дирижер, но публика не должна это почувствовать. Важно учитывать и такой фактор, как разница во времени. Смена часового пояса особенно влияет на вокалистов. Словом, секретов множество.

– 20 мая в зале Музыкального театра Хор Минина участвует в исполнении Реквиема Джузеппе Верди. Дирижер концерта – художественный руководитель оркестра Карельской филармонии Анатолий Рыбалко. Ваш хор ранее уже выступал вместе с нашим коллективом?

– Насколько знаю, нет. В ноябре 2018 года мы приезжали в Петрозаводск и Кондопогу, но это были сольные концерты. Очень ждем встречу с оркестром Карельской филармонии. Возможно, читателям будет интересно узнать, что мировая премьера Реквиема Верди прошла 150 лет назад, 22 мая 1874 года. Так что предстоящее исполнение шедевра великого итальянца – приношение Мастеру.

– В состав хора входят исключительно хористы -профессионалы или есть также исполнители, которые обладают хорошими вокальными данными, но не окончили музыкальное учебное заведение?

– Я бы уточнил: не хористы-профессионалы, а вокалисты-профессионалы. Если ты не владеешь исполнительскими навыками, которым обучают прежде всего на вокальных факультетах, ты лишен разнообразия красок, необходимых для исполнения сочинений, имеющихся в нашем репертуаре. Такой артист нам не нужен. Есть примеры, когда человек получил в училище диплом хоровика, а затем в вузе обучался вокалу. Это отлично: тут, что называется, и голова с ушами, и голос, обладающий всеми исполнительскими средствами. В нашем коллективе есть ребята, которых мы брали, когда они доучивались, например, на последнем курсе Московской консерватории.

В коллективе 95 процентов – люди с высшим или незаконченным высшим вокальным образованием. Хотя, по большому счету, когда прихожу на прослушивание, мне не интересно, что у артиста написано в дипломе. Важно, что он (она) может исполнить.

«Лучший отдых– смена деятельности»

– Как бы вы могли описать профессиональный и личностный портрет дирижера хора?

– У меня два высших музыкальных образования, и поэтому сложно отделить профессию дирижера хора от профессии дирижера оркестра. На мой взгляд, большой оркестр – более слаженный, дисциплинированный и цельный организм с устойчивой почвой под ногами. А хор, особенно камерный (у нас 42 – 44 человека), – это очень гибкий творческий организм. Гибкость дает вольность, которую дирижер может позволить себе, например, в интерпретации сочинения. Любое твое намерение будет тут же исполнено артистами в той или иной временной точке музицирования. Конечно, нельзя сказать, что у оркестров отсутствует желание быть пластичными. В Москве таких коллективов немало. Но, на мой взгляд, хор все же гибче, чем оркестр.

– В чем видите притягательность и уникальность дирижерского искусства?

– Ты можешь воплотить в звуках то, что услышал внутри себя. Это единственный по-настоящему существенный плюс. Дальше – много сложностей и преодолений. Но если тебе очень надо услышать то, что ты давно лелеял внутри и хотел бы услышать в звуках, ты будешь терпеть, преодолевать необходимые препятствия. И, в конечном итоге, услышанное тобой одним будет исполнено в концертном зале.

– Как вы восстанавливаетесь после концерта, как отдыхаете? Что придает силы для новых профессиональных свершений?

– Лучший отдых– смена деятельности. Если у меня есть 2-3 дня, в идеале – улететь куда-то, например, в горы. Если не горы, любая другая природа. И тишина. Я всегда прошу водителя такси ехать без музыки. Если надеваю наушники, то только для того, чтобы послушать что-то по работе. Так что рецепт простой: тишина, природа и уединение.

– «Триумф для дирижера и его коллектива – это не станция назначения. Это способ путешествия. Поэтому состояние успеха должно быть совершенно естественным для любого хорового коллектива», – писал легендарный хоровой дирижер XX века Роберт Шоу в книге «Хор. Маленькие инструкции». На ваш взгляд, что такое триумф?

– Для меня триумф – размытое понятие. Это невероятно субъективная субстанция. Что что такое триумф? Аплодисменты? Замечательные отзывы в прессе? И да, и нет. Для меня триумфа не существует, поскольку, переслушивая запись выступления хора или находясь под впечатлением, которое у тебя осталось внутри после концерта, ты всегда знаешь, что можно улучшить. Именно на этом ощущении – что можно улучшить – ты идешь дальше и развиваешься. Поэтому слово «триумф» я стараюсь от себя гнать.

Материал подготовила Наталья Шарай

P.S. Концерт проходит при поддержке Министерства культуры Российской Федерации в рамках программы «Всероссийские филармонические сезоны».